Телефоны редакции: 4-30-13; 3-81-28 (код города 49351)

A A A

Каких бы умных машин ни придумали ученые, хлебороба никто не заменит

В 1973 году комбайнер колхоза имени Крупской Сергей Иванович Колесников был награжден орденом Трудового Красного Знамени. А через два года по итогам 9-й пятилетки Родина отметила труд хлебороба высочайшей наградой – орденом Ленина.
- Если бы все так работали, как Колесников, насколько лучше и счастливее была бы наша жизнь (Из беседы с главным механиком колхоза Владимиром Львовичем Черепаниным).

...Был конец сентября. Жаркие дни бабьего лета уже успели вызолотить кромку леса, вплотную подступившего к полю, где сейчас работали комбайны зерноуборочного звена Сергея Ивановича Колесникова. Для молодого комбайнера Виктора Козлова эта страда была его первой битвой за урожай, но парень прочно удерживал славу одного из лучших молодых комбайнёров района.
Обеспокоенно поглядывая в ту сторону, где звено без него добивало загонку, Виктор, не скрывая нетерпения, скупо отвечал на вопросы: работаю, как все, так всё звено работает, если будешь прохлаждаться, потерь в урожае не избежать – вот и весь секрет.
- Да что обо мне писать, - сказал он в заключение. - Вы лучше о Сергее Ивановиче напишите. Вот это человек. Работает на старом «СК-4», а намолоты больше, чем у нас на «Нивах». И в колхозе чуть не вся тракторная бригада – его ученики…
Но поговорить с Колесниковым в тот раз не удалось. Просто не решились: не ко времени разговор на поле с комбайнером в погожий осенний день…
…Иное дело сейчас, думала я, глядя на заснеженные ели по обе стороны дороги на Дунилово. Спит укутанная снегом до поры пашня, отдыхает, набирается силы земля, и у механизаторов, должно быть, больше свободного времени.
В мастерской кипела работа: шумели двигатели, стучали молотки, пахло краской. Сергей Иванович стоял у трактора, что-то объяснял пареньку.
- Подождите пару минут, - сказал он нам, - чуток подрегулируем – и приду. А вы пока пройдите в наш дом механизатора.
И мы поняли, что ему опять некогда…
И вот мы сидим в теплой, уютной комнате. Рабочий день кончился, но механизаторы не спешат расходиться по домам. Неторопливо курят, беззлобно подшучивая друг над другом, обсуждают увиденное вчера по телевизору кино. И, конечно, толкуют о своих заботах. О том, что если завтра с утра не привезут детали из сельхозтехники, картофелекопалка опять простоит без ремонта… Вошла Нина Ивановна Куликова. Села, прислушалась к разговору. Вздохнула, посетовав, что время летит – суток не хватает.
- Весной бежишь в поле, мельком на деревья глянешь – почки едва раскрываются. И вдруг, батюшки, листья-то уже в ладошки величиной. Только ахнешь – и не заметили, когда они успели раскрыться, - говорит агроном с грустной улыбкой.
Но сколь бы ни был быстротечным бег времени, не оно подчиняет себе людей, а люди управляют им, наполняя каждый прожитый день своими умными делами, придавая каждому его отрезку свою неповторимую окраску.
- Сынок, вставай, опоздаешь, - словно из далекого далека доносится тихий голос матери. И разом исчезают куда-то и речка, и мальчишки с удочками. С трудом отбиваясь от навалившегося сна, Сергей, наконец, соображает, что и тепло-то ему было не от приснившегося июльского солнышка, а от печи, на которой спал, и которую мать уже успела затопить.
- Вставай, сынок…
Чуть брезжит за окном рассвет. Успокоившаяся было к ночи поземка опять пошла змеиться от дома к дому. Сергей представил, как сейчас выйдет из домашнего тепла в своей немудрой одежонке на улицу, и вздрогнул так, что мурашки по спине побежали.
- На-ка, поешь, да ступай, Яков Ефимович уже, наверное, ждет, - поторапливала мать.
И действительно, Яков Ефимович Колесников, добрейшей души человек, 67 лет от роду, уже запряг лошадку и вывел ее на дорогу, поджидая напарника.
- Опоздал? – спросил его подбежавший Сергей.
- Ничего, в самый раз. Поехали…
В те военные годы пятнадцатилетний Сергей Колесников и дядя Яков, которому в доброе время сидеть бы на печи да кости греть, были в колхозе незаменимой рабочей силой – подвозили на фермы корма. Их ждали и на свинарнике, и в овчарне, и на скотном дворе. И они торопились сделать свое дело вовремя и хорошо, не было случая, чтобы подвели.
- Сейчас даже не верится, - вспоминает Сергей Иванович Колесников, - как могли такое выдержать. Бывало, занесет снегом скирду, за лопаты беремся. Одежонка худая, старый да малый, а без соломы чтобы приехать, - этого и в мыслях нет. Надо, должен – и все тут…
А по ночам одни и те же сны: войны нет, отец не на фронте, мать веселая, раскладывает по тарелкам душистую кашу, сваренную на молоке. И младшие братья – все четверо – наелись досыта и больше уж не ревут, не пристают к матери со своим «есть хочу»…
Сны военного детства… Был ли хоть один дом в России, где бы не мечтали повзрослевшие до времени дети о том дне, когда всё будет, как до войны, и даже еще лучше? На долю Сергея Ивановича Колесникова выпало приближать это время и с оружием в руках.
Навсегда запомнил он день 27 октября 1943 года. Не замечая обступивших её со всех сторон детей, мать смотрела и смотрела на него, своего старшего, которому предстояло уйти туда, откуда год назад, весь израненный, пришел отец. Вернется ли? Увидит ли его? Только и дум было, что о нем, только и молила Бога: верни сына живого. Заклинала, как миллионы таких же матерей, благословивших сыновей на жизнь и смерть во славу Родины, за родной народ.
Не раз и не два был на волоске от смерти молодой командир орудия, танкист «тридцатьчетверки» Сергей Колесников – на войне, как на войне. Однажды после страшной атаки командир экипажа, глядя на него, чумазого, в разорванном комбинезоне, подошел, хлопнул по плечу:
- Не робей, Серега. Уцелели сегодня – долго жить будем…
В Прибалтике пришла к ним долгожданная Победа. Там находилась в сорок пятом 10-я отдельная гвардейская танковая бригада, в составе которой воевал на Ленинградском фронте Сергей Иванович Колесников.
Нескоро дождалась мать сына. Только спустя пять лет после счастливого победного денька переступил он порог отчего дома. Анна Ивановна, увидев его, повзрослевшего, охнула, выскользнула из рук крынка с молоком и разлетелась на мелкие кусочки.
- К счастью, мама, здравствуй, - сказал он и, как маленькую, погладил мать по голове, почти совсем белой…
И оно пришло, большое, настоящее счастье человека, пронесшего через всю жизнь верность родной земле, отчему дому.
- Всего-то и не перескажешь… После войны курсы закончил, на тракториста выучился. Сначала прицепные комбайны таскали по полю, потом вот, сами видите, самоходом пошли…
Он помнит ещё и то время, когда хлеб жали вручную, на лошадях свозили снопы на ток. Он знает и сам пережил все трудности крестьянского дела. Да и сегодня, в век техники, сильных и умных машин, мало ли забот у земледельца! Разве не его сердце обливается кровью при виде спелого колоса, мокнущего под дождем в гнилую осень? А в позапрошлом году после жестоких морозов озимые вышли из-под снега в плешинах: черные, словно выжженные, участки земли там, где по делу надо бы зеленеть пшенице. Вымерзли озимые, пришлось пересевать часть, и немалую…
Но ни разу, как бы трудно ни было, не приходила ему мысль о том, чтобы расстаться со своим делом, со своей землей. Впрочем, на этот счет Сергей Иванович имеет свое мнение, которое тоже созрело не в один день. Работу свою он не считает труднее любой другой, если, конечно, её, другую, на совесть делать. А расстаться с родным селом, с людьми для него, по его же словам, что дерева корней лишить.
И пусть убыстряется бег времени. Человек, порой, опережает и его. Многие механизаторы колхоза имени Крупской, например, В.А. Пискунов, В.А. Удалов, братья Николай Федорович и Александр Федорович Королевы уже давно работают в счет будущей пятилетки, вносят свой вклад в общий трудовой подарок колхоза юбилею Ильича.

Вот и Сергея Ивановича назначили бригадиром тракторной бригады, надеясь, да так оно и вышло, - что с его опытом быстрее дела с ремонтом пойдут. А цену хорошо подготовленной технике в колхозе знают: агроном Нина Николаевна Куликова хорошие новинки по культуре земледелия не боится внедрять. И вот уже два года дуниловцы совершенно по-новому картофель возделывают. Нарезают бровки культиваторами, дважды потом рыхлят землю, дважды окучивают всходы. А их ни много, ни мало – 230 гектаров под картошку отведено. Мыслима ли такая обработка при плохой технике? Нет. А дуниловцы в Горицкой бригаде в прошлом году по 200 центнеров картошки с гектара получили при новой-то обработке. И опять без Колесникова не обошлось. По-иному надо было установить рабочие органы культиватора, что он и сделал. Да и обрабатывал поле сам, вместе с механизаторами.
- У него чутье какое-то особое на технику, - рассказывает В.Л. Черепанин. - Помню, пресс-подборщик никак отладить не могли: то проволоку вообще не вяжет, то «перекусывает». А Сергей Иванович «поколдовал» над ним, подкрутил где-то что-то, и порядок.
И все-таки, даже зная, что любую работу Колесников выполняет на самом высоком уровне, невозможно представить его без комбайна, без верных друзей, отличных хлеборобов, с которыми не одну страду вместе делит, – Виктора Козлова, Вениамина Александровича Кувыкина, Валентина Григорьевича Теплякова, Вячеслава Ануфриевича Белова, Вячеслава Глазкова. Дружба, взаимовыручка стали нормой жизни в звене С.И. Колесникова. Потому легко приживаются здесь и молодые. Потому стал возможен и небывалый успех самого звеньевого в тот памятный год, завершающий минувшую пятилетку – 750 тонн зерна намолотил тогда Колесников за сезон. Они, его товарищи по труду, первыми разделили с ним и радость награды, от души поздравили, узнав, что звеньевой награжден орденом Ленина.
- Не знаю, - говорит Сергей Иванович, - наверное, не выдержу в бригадирах, уйду опять на комбайн осенью…
- А его-то «СК-4», наконец, нынче списали, - вступает в разговор Виктор Козлов. – Тоже «Ниву» получит наш звеньевой…
Списали… Новая техника приходит на смену старой, всё закономерно. А вот Нина Николаевна говорит, что когда подрастет внук Сергея Ивановича, которому и имя-то дали в честь деда, да если в колхозе останется – к тому времени, может, уже не будет таких шумных комбайнов и таких тракторов, а будет что-то совсем другое, например, с дистанционным управлением. Опытные-то образцы уже есть, так почему бы Сережке – придет время – не работать на таком тракторе?
Но как бы там ни случилось, каких бы умных машин ни придумали ученые, хлебороба никто не заменит. Хлебороб – профессия вечная.
Галина Сурина.